Красноярск: пробки 1
-18
$ 74.25
90.26
Красноярские учёные создали «карманный» диагностический комплекс

Красноярские учёные создали «карманный» диагностический комплекс

2020-10-19
Диагностика в кардиологии – важнейшее дело, и при этом – одно из наиболее архаичных с точки зрения медицинских технологий. Судите сами – весь мир по сей день уже более 100 лет работает с электрокардиографией голландца Виллема Эйнтховена (первый прибор для снятия ЭКГ построен этим физиологом в 1903 году).

Чуть «моложе» мобильное устройство для суточного ЭКГ-мониторинга, с которым знакомы многие сердечники, - холтер. Это носимый аппарат, изобретённый американским биофизиком Норманом Холтером ещё в 1947 году. Да, за прошедшие годы изначально достаточно громоздкое и неудобное устройство в результате усовершенствований заметно уменьшилось в размерах, но всё же остаётся достаточно крупным. Биотестер функционального состояния организма, созданный красноярскими учёными для работы по изобретённой ими методике, по размеру – меньше спичечного коробка, и при этом даёт гораздо более расширенную, подробную и точную информацию о функциональном состоянии организма человека.

«Главное в том, что мы данные по электрокардиосигналу, фонокардиосигналу, пульсовой волне и шумам лёгких, полученные от организма, подвергаем вейвлет–преобразованию. На полученной вейвлет–диаграмме выявляются все ветви биосетей. Это позволяет нам видеть проводящую нервную систему сердца, мышечную систему сердца, кровеносную систему от сердца до сосудов, бронхиальную систему и обнаруживать их «дефекты». Мы без всякого рентгена видим структуру сетей организма, точную локализацию места и степени их поражения. При этом в процессе диагностики человек ничем не ограничен, он продолжает свою обычную жизнедеятельность и работу вплоть до занятий спортом», - поясняет доктор технических наук, профессор кафедры приборостроения и наноэлектроники Института инженерной физики и радиоэлектроники СФУ Геннадий Алдонин.

вейвлет.jpg

Термин «вейвлет» (wavelet) в переводе с английского означает «маленькая (короткая) волна». Теория вейвлетов не является фундаментальной физической теорией, но даёт удобный и эффективный инструмент для решения многих практических задач. Основная область применения вейвлетных преобразований – анализ и обработка сигналов и функций, нестационарных во времени или неоднородных в пространстве, когда результаты анализа должны содержать не только общую частотную характеристику сигнала, но и сведения об определённых локальных координатах, на которых проявляют себя те или иные группы частотных составляющих, или на которых происходят быстрые изменения частотных составляющих сигнала. Это как раз то, что требуется в диагностике сердечно-сосудистой системы человека, особенно для топической диагностики.

«Мы разработали технологию новой диагностики, создали для неё аппаратно- программный комплекс – всё работает, - говорит Геннадий Михайлович. – Ряд медиков уже в курсе нашего изобретения, но пока не очень доверяют ему и не совсем понимают, как с ним работать. Естественно, если весь мир более 100 лет работает с ЭКГ Эйнтховена, нужно время, чтобы врачи научились работать с нашим биотестером и использовать новые, открытые для них возможности».

Также нужны обширные клинические испытания с накоплением и анализом информации, создание методических рекомендаций для врачей. Для сравнения: над созданием гораздо более громоздких и менее информативных приборов и новой системы диагностики аритмии (процедура компьютерного поверхностного картирования при топической диагностике), за которые в 2017 году кардиохирург Амиран Ревишвили получил Государственную премию в области науки и технологий, работал целый Национальный медицинский исследовательский центр хирургии имени А.В. Вишневского, которым сам Ревишвили и руководит. В Красноярске над уникальным методом вейвлет-интроскопии фактически сейчас работают только сам профессор Алдонин и его аспиранты. А ведь это глобальная фундаментальная тема, основанная на принципах самоорганизации природных структур.

«Первые кардиомониторы мы начали разрабатывать ещё в 70-х годах, - вспоминает Геннадий Михайлович. – На разработку нынешней методики, программ, алгоритмов потребовалось где-то 5-7 лет, а аппаратную часть можно за пару недель сделать – это самое простое».

Простое – для единичных экземпляров. А вот наладить хотя бы опытно-промышленное производство уникальных приборов и их внедрение в медицину в нашей стране традиционно непросто. Пока – достигнута предварительная договорённость с руководством Красноярского радиозавода (НПП «Радиосвязь»).

«У нас «тройственный союз»: СФУ, ЦСМ и радиозавод, - поясняет профессор Алдонин. – От нас, авторов методики, - идея и первоначальное её воплощение. От Красноярского ЦСМ – средства на её «шлифовку» и государственная сертификация нового медицинского оборудования. От радиозавода – готовое массовое изделие. Всё это возможно только при достаточном финансировании проекта. По идее наш прибор должен быть в каждой семье, как градусник или тонометр. Наша задача – сделать так, чтобы даже обычному человеку любого возраста было легко и удобно им пользоваться».

патент.jpg

Возврат к списку

Загрузка...

Материалы по теме: