Красноярск: пробки 0
Серная программа: один день между ВЧЕРА и СЕГОДНЯ

Серная программа: один день между ВЧЕРА и СЕГОДНЯ

2023-11-02
Фото: Андрей Кузнецов/ 1-LiNE
DSCN1651.JPG

Уникальность этого посещения журналистами объектов линии утилизации сернистых газов заключалась в том, что на момент прежних визитов что-то ещё не было построено, а впредь на работающее опасное производство далеко не везде пустят. Так что с полным основанием можно сказать, что именно в этот раз корреспондентам показали то, что раньше никому не показывали и больше никому уже не покажут.

Серная программа не имеет аналогов в мире по масштабам и является крупнейшим проектом Федеральной программы «Чистый воздух». Площадь построенных производственных помещений (50 тысяч квадратных метров) равна площади 7 футбольных полей. Этот экологический проект «Норникеля» направлен на достижение показателей утилизации диоксида серы (SO2) на уровне лучших мировых практик и кардинальное снижение выбросов диоксида серы с улучшением экологической обстановки на Таймыре.

Когда Серная программа на НМЗ выйдет на полную мощность до конца 2024 года, объём сокращения выбросов диоксида серы за полный год такой эксплуатации будет сопоставим с 1/4 всех выбросов диоксида серы в России.

DSCN1659.JPG

Гладко видеть на бумаге, грандиозно – В металле и бетоне


Посмотрев на красивые информативные «говорящие» и «показывающие» светом и цветом макеты технологических цепочек, начинаем вникать в суть того, во что «Норникель» уже вложил 120 млрд рублей , а после полной реализации проекта на НМЗ объём инвестиций превысит 180 млрд.

Итак, мы имеем в плавильном цехе Надеждинского металлургического завода отходящие от печей взвешенной плавки вредные сернистые газы. Что с ними делать? Собрали, а девать куда? До пуска 25 октября 2023 года первой очереди Серной программы на НМЗ все они уходили в атмосферу. Теперь же по мере выхода на проектную мощность первая очередь заберёт до половины всех отходящих металлургических газов «Надежды», а с пуском остальных очередей – их все. В результате производство на НМЗ сократит выбросы в воздух диоксида серы с 1 млн 100 тысяч до 197 тысяч тонн в год – более, чем в 5,5 раз! Степень очистки составит 99,5%.

DSCN1899.JPG

Но куда этот диоксид серы денется? По гигантским газоходам его направят в цех производства серной кислоты. Зачем? Затем, что делать что-либо (хранить, перемещать, использовать) с жидкостью, даже агрессивной как серная кислота, сподручнее, чем с газом.

DSCN1881.JPG

«Отходящие газы проходят очистку от твёрдых частиц на мокрых электрофильтрах, затем концентрацию SO2 в них снижают с 20% до требуемых по технологии 13%. Далее в контактном аппарате получают химически активный триоксид серы (SO3), а затем в результате его орошения – серную кислоту (H2SO4), - подробно описывает этапы директор Надеждинского металлургического завода Заполярного филиала «Норникеля» Виталий Муравьёв. – Размер контактного аппарата в высоту – 27 метров (9-этажный дом!), в диаметре – 7 метров. Вокруг аппарата 5 теплообменников. Сюда они поступали в сборе. Масса самого большого теплообменника 250 тонн. Для их доставки на площадку из порта в Дудинке была организована целая логистическая операция: поднимали эстакады, усиливали мосты…»

DSCN1871.JPG

Проектная мощность производства серной кислоты из вредных металлургических газов в технологической линии Серной программы на НМЗ – порядка 2 млн 400 тысяч тонн в год. Что делать в Заполярье с таким громадным количеством серной кислоты? Что-то можно использовать, что-то вывезти и продать, но это «крохи»… Выход – превратить её во что-то безопасное, удобное для хранения и использования, т.е. нейтрализовать.

DSCN1763.JPG

Для этого в 30 километрах от НМЗ под Талнахом пущено в эксплуатацию Мокулаевское месторождение известняка, который на линию Серной программы на НМЗ доставляют по железной дороге. Мощность карьера – около 6,5 млн тонн известняка в год (с учётом будущей потребности Серного проекта на Медном заводе, на первом этапе на НМЗ потребность – 1,8 млн тонн), он рассчитан на 49 лет работы.


После разгрузки известняк по транспортёру идёт в гигантский вращающийся барабан на помол с помощью больших металлических шаров. Шнеки, которые вращаются рядом – это так называемый классификатор, где перемолотый известняк смешивают с водой и получают «известняковое молоко». Вот его-то и направляют «гасить агрессию» серной кислоты. «На выходе» получают гипсовую (CaSO4•H2O) пульпу, которую по трубопроводу отправляют в хранилище, построенное в 6 км от НМЗ. Его ёмкость 90 млн кубометров, оно рассчитано на эксплуатацию в течение 15 лет.

«Далее гипс там оседает, а вода отстаивается и перекачивается обратно в цех для приготовления «известнякового молока», т.е. здесь замкнутый цикл водооборота. Геомембрана, которой выстлана ёмкость, не допускает контакт гипса с естественным природным основанием хранилища», - поясняет Виталий Муравьёв.

 «А что будет через 15 лет, когда гипсохранилище наполнится?» - интересуюсь я.

«Одновременно со складированием гипса в хранилище компания совместно с исследовательскими институтами прорабатывает варианты дальнейшего его использования. Это закладка отработанных шахт и карьеров, использование в качестве строительного материала и др. Когда будут найдены варианты использования, а не просто складирования гипса, соответственно срок эксплуатации хранилища вырастет. Кроме того на площадке есть резерв для увеличения объёма», - отвечает директор НМЗ.

DSCN1768.JPG

Обжигающее «дыхание» Севера


Особенность Серной программы «Норникеля» – её многогранность. При создании производства и эксплуатации здесь используют горные и буровзрывные работы, железнодорожный и трубопроводный транспорт, большую энергетику и высоковольтные линии… На площадку подали природный газ, создали практически автономную систему снабжения технологическим паром. Такой сложный проект потребовал привлечения самых разных специалистов.

DSCN1888.JPG

«Сказать, что работать пришлось в суровых условиях – это ничего не сказать! – эмоционально восклицает руководитель группы Серных проектов ООО «НН Девелопмент» Андрей Сергеенков. – Особенно это отражается на строителях. Вроде бы актируется один день метели, а фактически заметает так, что потом 5 дней расчищаешь, а потом день поработаешь – и опять метель… Прошедшая зима была достаточно суровая, поэтому, собственно говоря, за январь-февраль у нас было всего 10 рабочих дней. Мешают ветра. У нас компактное строительство, которое требует применения большого количества грузоподъёмных механизмов. Краны же при ветре 15 м/с уже не работают, а тут такие ветра, можно сказать, с ноября до мая…»

DSCN1874.JPG

График строительства приходилось подстраивать под местные условия и под сложную логистику. Например, есть «мёртвый период», межнавигационная пауза, когда с 1 мая и до 1 июля грузы невозможно доставлять на Таймыр ни Северным морским путём, ни по Енисею. Приходится активно использовать авиатранспорт, тщательно планировать завоз грузов, создавать сверхнормативные складские запасы. По словам Андрея Сергеенкова, только такой подход позволил строить в Норильске без остановки.

«Мы начали путь по улучшению экологической обстановки в Норильске несколько лет назад. Закрыли устаревший Никелевый завод (был пущен в 1942 году), который находился практически в черте города и являлся основным загрязнителем, - напомнил президент «Норникеля» Владимир Потанин. – Над Серной программой мы работали долго. Были разные решения, в том числе – с иностранными лицензиарами. Нам пришлось несколько раз перепроектировать программу и в конечном счёте сделать её на базе отечественных технологий. Нам удалось все перестроить и дойти до финишной черты при сильном «встречном ветре». «Норникель» доказал, что может справляться с устаревшими производствами, умеет делать большие программы по модернизации и решению экологических проблем. Используя оба этих рычага, мы решим проблему чистого воздуха в Норильске».

DSCN2112.JPG

Андрей Кузнецов

Подпишитесь:

Возврат к списку


Материалы по теме: