Красноярск: пробки 0
+8
$ 71.68
87.33
На грани фантастики и в авангарде техники

На грани фантастики и в авангарде техники

2021-01-16
Фото: ПО "ЭХЗ"
В минувшем году исполнилось 65 лет с момента, когда в СССР было принято решение о строительстве в Красноярском крае электрохимического завода, и 75 лет – всей атомной отрасли нашей страны. Противоэпидемические ограничения не позволили отметить эти знаковые даты должным образом, но в то же время не смогли помешать традиционному перевыполнению плановых показателей. Об этом и многом другом на встрече с журналистами рассказал генеральный директор предприятия Сергей Филимонов.

DSC_9045.jpg

- Сергей Васильевич, как повлияла пандемия коронавируса на предприятие и на Зеленогорск, где ЭХЗ является градообразующим предприятием?

- Конечно, пандемия повлияла и на наше предприятие, и на весь город Зеленогорск, но в первую очередь – морально-психологически. Производственная деятельность не пострадала, все финансово-экономические показатели и задачи, которые ставила перед нами Госкорпорация «Росатом», выполнены и перевыполнены. В то же время COVID-19 доставил нам немало дополнительных хлопот.

Как только была объявлена пандемия (где-то в конце марта) нами были приняты все необходимые меры по обеспечению безопасности и персонала предприятия, и жителей города. Все сотрудники были обеспечены средствами защиты, во всех помещениях и на проходных были установлены бесконтактные санитайзеры. Мы изменили график работы персонала, рассредоточив рабочее время сотрудников, чтобы не было очередей на проходных и в столовых.

Поскольку все наши работники – жители Зеленогорска, с самого начала противоэпидемических мер было налажено взаимодействие с Клинической больницей № 42 (филиал ФСНКЦ ФМБА России). Мы профинансировали строительство здания ПЦР-лаборатории (порядка 10 млн рублей), которой не было в нашем городе, и в январе ожидаем ввод её в эксплуатацию. Ещё 10 млн рублей было выделено на закупку средств защиты для медиков и различного оборудования. Около миллиона было направлено на обеспечение деятельности волонтёров, которые помогали людям старшего поколения с доставкой медикаментов и продуктов на дом. Мы выделяли в помощь врачам, выезжающим к пациентам, свой транспорт.

Кроме того, в конце декабря 2020 года Росатом перечислил 92 млн рублей Клинической больнице № 42 на приобретение компьютерного томографа и другого оборудования. На сегодня в городе и на предприятии ситуация стабильная. В 2021 году мы также по мере необходимости будем оказывать помощь городу и медицинским учреждениям.

- Главный итог работы любого предприятия – результаты финансово-хозяйственной деятельности. Что нового было в 2020-м году? Какие планы на 2021-й?

- Мы достойно завершили 2020-й год и по выручке, и по остальным производственно-финансовым показателям. Кроме основного производства по обогащению урана для производства ядерного топлива у ЭХЗ ещё два больших направления деятельности: обесфторивание обеднённого гексафторида урана и изотопное производство.

СПРАВКА
Коллектив АО «ПО ЭХЗ» из года в год демонстрирует стабильную работу. Не стал исключением и год 2020-й. По итогам первого полугодия выручка от реализации продукции, работ и услуг предприятия составила 7.085 млн рублей, в том числе от реализации ядерной продукции — 5.961 млн рублей. Чистая прибыль Электрохимического завода составила 2.811 млн рублей. Все запланированные показатели выполнены и по итогам года, которые окончательно будут подведены в январе 2021 года.

В 2020 году был запланирован пуск трёх очередей нового разделительного оборудования. Я говорю о газовых центрифугах последнего поколения для обогащения урана. Эти планы выполнены досрочно, пуск состоялся на месяц раньше запланированного. Не помешала даже пандемия. Переоснащение основного производства продолжится и в 2021 году, причём объёмы его будут нарастать.

Конструкторское бюро, которое разрабатывает новые типы центрифуг, ведёт совершенствование этих машин, чтобы российская разделительная отрасль сохраняла и укрепляла лидирующие позиции на мировом рынке. Разделительная отрасль в атомной энергетике нашей страны существует более 60 лет. За эти годы мы сменили не одно поколение центрифуг, каждое из них становится более производительным и менее затратным, чем предшествующее. Как за счёт новых машин, так и благодаря творческой технической работе нашего персонала по поиску эффективных решений.

В ноябре 2019 года мы с французской компанией подписали контракт на поставку и монтаж второй очереди установки обесфторивания обеднённого гексафторида урана (W2-ЭХЗ). Всё идёт согласно графику. В 2021 году мы должны начать получать оборудование от наших французских партнёров и приступать к монтажу. В 2009 году мы запустили первую очередь W-ЭХЗ, пока она была и остаётся единственной такой установкой в России. Во всём мире их всего 3-4. К 2023 году с пуском второй очереди мы увеличим переработку с 10 тысяч тонн в год обедненного гексафторида урана до 20 тысяч тонн.

DSC_6903_новый размер.jpg

- Как связана работа установки W-ЭХЗ с основным производством? Что это за процесс и зачем он нужен?

- Любое обогащение – это процесс, что называется, с одним входом (сырьём) и двумя выходами (продуктом и остаточным материалом). Добываемое сегодня на земле урановое сырьё содержит целевого изотопа уран-235 всего 0,7%, т.е. 7 кг на одну тонну. Для атомной энергетики, транспортных атомных установок, исследовательских реакторов, для которых мы нарабатываем продукт, требуется различное обогащение. Если мы обогащаем одну часть сырья как продукт по целевому изотопу, то другая его часть остаётся обеднённой, т.е. практически не содержит уран-235. Там фактически чистый слаборадиоактивный уран-238.

Всё бы ничего, но после обогащения он остаётся в виде обеднённого гексафторида урана (UF6). Дело в том, что единственным соединением урана, переходящим в газообразное состояние, необходимое для изотопного обогащения, при относительно низкой температуре, является как раз гексафторид урана (UF6). Радиоактивность обедненного гексафторида урана невысока, значительно ниже природного урана, главную опасность представляют его агрессивные химические свойства. В то же время обеднённый гексафторид урана, оставшийся после обогащения – это вовсе не отходы! Фактически он является уникальным сырьём для практического применения не только в атомной, но и во многих других областях промышленности. В ожидании переработки для дальнейшего использования обеднённый гексафторид урана необходимо переводить из химически опасного токсичного состояния в безопасные формы.

Установка W-ЭХЗ как раз и переводит обеднённый гексафторид урана в устойчивое состояние – так называемую закись-окись урана (U3O8 – вещество, близкое к природному состоянию урановых руд). Она не взаимодействует с другими веществами, легко поддаётся консервации, удобна при транспортировке, её можно хранить бесконечно долго. Это идеальные свойства для стратегического топливного запаса атомной энергетики будущего, основой которой станут реакторы на быстрых нейтронах.

- А откуда берётся и куда потом девается фтор в процессе обогащения, а затем при переводе гексафторида в закись-окись урана?

- Берут его также из недр Земли в виде плавикового шпата, из которого получают плавиковую кислоту, которой и фторируют уран перед обогащением. Установка W-ЭХЗ, помимо перевода «хвостов» обогащения в безопасное состояние, возвращает в производственный промышленный оборот фтор в виде достаточно дорогого продукта – этой самой плавиковой кислоты. Это позволяет не копать землю, не добывать шпат, не производить из него всё новую плавиковую кислоту и в конечном итоге – снизить техногенное воздействие человека на окружающую среду. Так что здесь «два в одном» - экологический и экономический эффект.

За 11 лет мы уже переработали более 100 тысяч тонн обеднённого гексафторида урана, в том числе получив более 50 тысяч тонн плавиковой кислоты. Часть её пошла повторно в подготовку процесса обогащения урана, а «излишки» - на предприятия химической промышленности, которые с удовольствием покупают нашу «оборотную» плавиковую кислоту, поскольку она гораздо чище аналогичного продукта, получаемого из природного плавикового шпата. С пуском второй очереди установки W2-ЭХЗ мы будем продолжать планомерно сокращать накопленные запасы обеднённого гексафторида урана, переводя его в безопасную форму, и со сбытом плавиковой кислоты вопросов тоже нет.

- Как развивается ваше второе «неядерное» направление деятельности – производство изотопов? (Изотопы – вещества, у которых атомы имеют одинаковое число протонов и электронов, но отличаются числом нейтронов.)

- С каждым годом оно становится всё более мощным. Только зарубежная выручка производства изотопов в 2020 году составила на ЭХЗ порядка 18 млн долларов, а выручка всего неядерного производства перешагнула за 2 млрд и стала весьма ощутимой на фоне основной деятельности.

Но самое главное значение изотопного производства в том, что оно наукоёмкое, во многом неизведанное. Фактически это непрерывные исследовательские работы. Когда мы нарабатываем опыт с одними изотопами и приступаем к их промышленному производству, мы сразу переходим к новым задачам, разрабатываем новые технологии, получаем новые вещества.

СПРАВКА
Доля ЭХЗ на мировом рынке стабильных изотопов сегодня превышает 40%. Зеленогорские атомщики обладают компетенциями по производству 110 изотопов 21 химического элемента. Кроме того, предприятие имеет опыт производства радиоизотопов с высокой удельной активностью. Объем выпускаемой за год изотопной продукции достигает сотен килограммов.

В настоящее время ЭХЗ участвует в двух крупных отраслевых изотопных проектах. Это создание дыхательных тестов на основе углерода-13, с помощью которых можно установить, заражен ли желудочно-кишечный тракт человека бактерией Helicobacter Pylori – главной причиной развития язвы желудка, гастрита и даже рака.

До сих пор мы производили только сырьё для таких тестов и отправляли его за рубеж, а сейчас готовимся пройти технологический путь, чтобы производить аналогичные препараты в России.

В нашей стране рынок изотопных дыхательных тестов находится в начальной стадии формирования. Широкое применение углерода-13 в медицинской диагностике многие годы сдерживалось, в том числе ввиду отсутствия крупномасштабного производства изотопа 13С, которое в настоящее время освоено специалистами ЭХЗ. Сейчас в цехе по производству изотопов начались работы по проектированию участка синтеза С-13-карбамида. По планам к концу 2024 года в Росатоме это производство может начать выпускать первую продукцию.

Другой амбициозный отраслевой проект по изотопному направлению – создание «ядерных батареек» на основе изотопа никель-63. Здесь технология сложнее, поскольку процесс, кроме обогащения целевого изотопа, включает в себя наработку никеля-63 в ядерном реакторе с последующей радиохимической переработкой облучённого материала. Кроме того, необходимо разработать полупроводниковый преобразователь, устойчивый к излучению и позволяющий получить необходимые электрические характеристики.

Кроме этих двух проектов идут работы по получению всё новых и новых изотопов, сфера практического применения которых пока не определена, но которые важны для фундаментальных научных исследований.

- Сергей Васильевич, под занавес беседы – вопрос вам не как генеральному директору Электрохимического завода, а как профессионалу-атомщику. В свете экологических проблем с угольной теплоэнергогенерацией в Красноярске в среде серьёзных экологов появилось мнение, что лучшим долгосрочным решением вопроса экологически чистого тепла и электроэнергии для краевого центра могла бы стать атомная станция. На ваш взгляд, возможно ли и целесообразно ли строительство такой АЭС?

- Атомная энергия, она, по крайней мере, безуглеродная – это точно. Сейчас в мире после аварии на японской АЭС в Фукусиме идут бурные дискуссии, и нет единого мнения по поводу перспектив атомной энергетики. Какие-то страны отказываются от неё, какие-то декларируют такой отказ, но очень специфичным образом. Например, Германия закрыла за последние 10-20 лет много АЭС (прим. редакции – 6 станций действуют), но покупает электроэнергию с атомных станций Франции, где счёт их идёт на десятки. Так что многие решения в разных странах о закрытии АЭС – это чистая политика.

С другой стороны сейчас многие эксперты ставят атомные электростанции в один ряд с экологически чистой возобновляемой «зелёной» энергетикой – ветровыми, приливными и солнечными электростанциями. Те, кто говорит об опасности ядерных отходов, по большей части делают это от незнания предмета. На тех же угольных станциях проблема с отходами продуктов сгорания куда более серьёзная. Атомная энергетика сегодня – это надёжное базовое электро- и теплоснабжение.

Что касается конкретно Красноярска, наверное, АЭС смогла бы кардинальным образом улучшить качество воздушной среды в городе, дать экологически чистое тепло и относительно недорогую электроэнергию. Но строительство атомной станции требует очень больших начальных капиталовложений, «входной билет» в атомную энергетику достаточно дорогой. Такой вопрос, как строительство АЭС определяется как минимум энергетической стратегией Российской Федерации, которая на настоящий момент разработана уже до 2050 года. И Красноярска в ней пока нет. Стратегию должны определять руководители страны и края.

Возврат к списку

Загрузка...

Материалы по теме: