Ошибка
  • JUser: :_load: Не удалось загрузить пользователя с ID: 600

ИА 1-LINE - новости Красноярска и Красноярского края

Воскресенье,
25
февраля
2018,
10:55

«Радиофобия есть везде»

  • Автор:

Лидия БОНДАРЕВА — об истинных и мнимых угрозах для экологии Красноярского края.

Доцент кафедры аналитической и органической химии Института цветных металлов и материаловедения СФУ Лидия Бондарева в беседе с корреспондентом 1-LINE рассказала об экологической безопасности объектов атомной отрасли, а также о том, что нужно делать, чтобы россияне не боялись «атомных» предприятий.

— Лидия Георгиевна, сейчас обсуждается проект строительства под Железногорском подземной исследовательской лаборатории. У обычных красноярцев, особо не посвященных в тему, вопросов по этому поводу немало... Расскажите как специалист: действительно ли этот объект несет в себе экологическую опасность? 

— Еще около четырех лет назад, по результатам исследований, проведенных ПТО-лабораторией, мои коллеги с кафедры радиохимии МГУ познакомили меня с некоторыми результатами по изучению гранитоидов, отобранных именно на этой территории. Ведь именно в гранитном массиве на глубине около полукилометра планируется построить подземную лабораторию, а если полученные в ней данные докажут, что это безопасно, то и хранилище РАО. Так вот, исследования ученых МГУ доказывают, что никакого ущерба окружающей среде в тех условиях, что мы имеем сейчас, не будет. Кроме того, подземная лаборатория — это научный объект, в котором на протяжении многих лет будут идти дополнительные исследования. Никакой радиации там быть не может. 

— В прошлом году завершилось строительство завода МОКС-топлива для ядерных реакторов. Опять-таки есть ли у жителей региона причины для опасений в этой связи? Какие меры безопасности применяются на подобных производствах?

— Сейчас любой новый промышленный объект еще до начала строительства должен в обязательном порядке пройти ряд экспертиз, в том числе и экологическую. И если производство запущено, можете не сомневаться: необходимые его исследования уже проведены. Кроме того, согласитесь: уровень проведения подобных экспертиз, скажем, 60 лет назад и в наше время отличается. Сейчас к подобным объектам предъявляются новые, особые требования, тем более общественность относится к ним с таким вниманием. Так что могу вас заверить: это абсолютно надежное производство, с точки зрения экологии в том числе.

— Насколько разнятся технологии, применяемые в атомной отрасли в России и за рубежом?

— Сейчас по уровню развития технологий мы находимся на лидирующих позициях. Не зря же АЭС сейчас строятся по всему миру с применением российских технологий и с привлечением российских же специалистов. Наше оборудование считается наиболее надежным  с точки зрения безопасности, функционирования, долговечности, а топливные элементы для них по себестоимости выгоднее зарубежные аналогов.

— Если надежность и безопасность технологий столь высоки, откуда берется такое явление, как радиофобия — боязнь радиации да и вообще всего, что связано с работой атомной отрасли? 

— Радиофобия у нас действительно есть. Причина — образование, просвещение населения пока не находится на должном уровне. Да и не только у нас. Вот пример. На недавно состоявшемся семинаре МАГАТЭ был представитель из Литвы. У них проходили общественные слушания по строительству второй атомной станции. Вопрос на слушаниях был сформулирован следующим образом: «Как вы отнесетесь к возведению в вашей стране опасного предприятия?» Народ, услышав слово «опасное», естественно, выступил против. Я лично ничего не имею против СМИ, они моментально подхватывают информацию, но бывают ситуации, когда, не владея темой, пытаются преподнести ее так, как сами это понимают. А дальше — народ услышал, и заработало сарафанное радио.

— Как же можно преодолеть подобную ситуацию? И возможно ли это в принципе? 

— Работу, безусловно, вести необходимо. Нужно организовывать для самых разных слоев населения — не только для школьников, но и для людей старших поколений — мероприятия, которые бы просвещали, рассказывали об истинном положении вещей. И уровень проведения общественных слушаний по объектам отрасли также должен быть существенно выше. В настоящее время, например, комплекс просветительских мероприятий проводится в селе Атаманово, находящемся на противоположном берегу от ГХК. Конечно, надо понимать, что до конца радиофобию искоренить в принципе невозможно: уж если человек себе внушил, что это плохо и опасно, то такую позицию очень тяжело изменить. Но объяснять ситуацию нужно. В селах — собирать людей, беседовать с ними. Может быть, показывать любимые фильмы, так или иначе связанные с данной темой. В городах, конечно, сложнее, нужны более масштабные программы. Но ничего неосуществимого нет.

— Необоснованная боязнь различных источников радиации существует только у нас? Какова ситуация в этом плане, например, в Европе?

— Там тоже есть радиофобия. Как-то пришлось посмотреть фильм по подземному захоронению отходов в Финляндии. Туда много чего складировали, и данное захоронение хотят закрыть. Но как быть? Либо засекретить и не давать никакой информации людям, либо все-таки рассказать о захоронении все как есть. Если выбрать первый вариант, то через несколько лет на этом месте могут проводиться горные разработки, и вся радиоактивность «полезет наружу»... Значит, информировать общественность необходимо хотя бы из соображений дальнейшей безопасности. Ранее я приводила пример и с Литвой — радиофобия есть везде.

— Лидия Георгиевна, если предприятия атомной отрасли в плане экологии безопасны, могли бы вы обозначить реальные экологические угрозы, существующие в нашем регионе? 

— Угроза номер один — это, конечно, транспорт. Когда в Красноярске по осени стоит безветренная погода и спускаешься в Центральный район, то можно увидеть серо-черный туман. Когда мы проводим различные исследования, то видим, что основной акцент по атмосферным выбросам сосредоточен именно на транспорте. Дальше идут промышленные предприятия. Причем не только красноярские: нам и соседней Кемеровской области «достаются» загрязнения из северо-восточных территорий Казахстана. А там, например в Усть-Каменогорске, немало предприятий по переработке урановых руд. Так что, как это часто бывает, опасность мы видим там, где ее нет, и не замечаем ту, что реально существует. 

Беседовал Кирилл Горбачинский

 

comments powered by HyperComments

Популярное

Статьи